Ты это образованный и эрудированный такой или мы с тобой просто один шортс на ютубе посмотрели?
Да
Максимально насколько возможно подробная тема про пистолет Хино:
В теме предлагается выдать пистолету полностью автоматической огонь/стрельбу короткими очередями.
Из книги 「知られざる日本の兵器(1)」:
Экспериментальное упрощенное безоткатное орудие «Тип 5»
Название «Опытное упрощенное безоткатное орудие Тип 5» звучит довольно сложно, однако по своей сути это был противотанковый гранатомет — своего рода версия немецкого «Панцерфауста» для Японской императорской армии.
Как видно из названия года, оно являлось одним из образцов «оружия решающего боя» (кэссэн хэйки), спроектированным в самый последний момент перед окончанием войны — в 20-й год эпохи Сёва (2605 год от основания Империи / 1945 год).
В конце войны на Тихом океане Япония не имела эффективных средств противодействия американским средним танкам M4. В этой ситуации кумулятивные боеприпасы, переданные Германией в рамках технического обмена, стали буквально «чудодейственным спасением».
Поскольку бронепробиваемость кумулятивного снаряда не зависит от начальной скорости, использование таких боеприпасов позволило вернуть на передовую устаревшие артиллерийские орудия. Используя это преимущество, для пехоты было запланировано новое носимое оружие — «Опытное 45-мм упрощенное безоткатное орудие Тип 5», о котором и пойдет речь далее.
Первые опытные образцы — «Опытное упрощенное безоткатное орудие «Модель I» и «Модель II» — были завершены в конце октября 1944 года (19-й год Сёва) на Арсенале сухопутных войск в Осаке.
За разработку самой пушки отвечал 2-й отдел 1-го научно-технического института сухопутных войск. Благодаря усилиям начальника отдела полковника Нумагути Тадатака, майора Мацуда Масанао, технического младшего лейтенанта Янагимото Дзюнъити (позже старшего лейтенанта) и других специалистов, разработка была завершена в чрезвычайно короткие сроки.
С другой стороны, разработку боеприпасов взял на себя 4-й отдел во главе с начальником отдела полковником Имаи Киёси, подполковником Огата Кодзи и техническим младшим лейтенантом Мацумото Эйдзи (позже капитаном).
Первые опытные орудия и боеприпасы имели простую конструкцию, показанную на фотографии. Орудие состояло из трех основных частей: ствола, казенной части (или задней сопловой части) и раструба (диффузора). Основные характеристики были следующими:
- Калибр: 45 мм
- Общая длина: 890 мм
- Масса: 5,297 кг
Первые функциональные испытания проводились в течение трех дней с 22 по 24 ноября на полигоне Ирако, по результатам которых было вынесено примерно следующее заключение:
-
Орудия как Модели I, так и Модели II при малой начальной скорости дают незначительную силу отдачи (импульс отдачи при выстреле). В частности, для Модели I при использовании 40 г квадратного пороха № 2 и эбонитового донного пыжа (поддона) толщиной 6,5 мм была достигнута начальная скорость около 45 м/с. При этом отдачу удалось снизить до уровня, лишь немного превышающего отдачу винтовки, что делает возможной стрельбу от бедра из положений стоя и с колена.В связи с этим, с точки зрения практического применения, при условии проведения некоторых необходимых доработок и дальнейшего улучшения характеристик, данное оружие представляет большую ценность как средство для ближнего противотанкового боя или для штурмовых групп («тейсин кирикоми»).
-
Испытанный в этот раз опытный бронебойно-кумулятивный снаряд (противотанковая граната) при статическом подрыве пробил стальную бронеплиту толщиной 120 мм во всех случаях. Результаты были хорошими, а поражающее действие по броне в целом достигло целевых показателей. Однако для улучшения внутренней и внешней баллистики требуется небольшая доработка хвостовика (стабилизатора), а также принятие мер для предотвращения остатков сгоревшей гильзы/порохового мешка внутри ствола. Кроме того, что касается работы взрывателя, необходимо провести стрельбы снарядами и проверить их работу.
На основе полученных результатов испытания проводились еще несколько раз, а само опытное орудие модернизировалось до Модели III и Модели IV. Однако, поскольку объема книги не хватает для подробного рассмотрения всей этой истории, я ограничусь лишь сводной таблицей со сравнением различных моделей, а также принятого на вооружение орудия и боеприпасов к нему.
Сравнительная таблица модификаций упрощенного безоткатного орудия и боеприпасов к нему
| Орудие | Раструб (диффузор) | Способ воспламенения | Метательный заряд | Масса заряда | Воспламенитель | Гильза | Тип донного пыжа (поддона) | Примечания |
|---|---|---|---|---|---|---|---|---|
| Модель I | Есть | Вытяжная трубка (фрикционный воспламенитель) | Квадратный порох № 2 | 35 г | Мелкозернистый 5 г | Полная (сгораемая) | Файбер / Эбонит / Фенольная смола 6 мм (для Моделей I–IV) | Представлены чертежи для обслуживания/сборки |
| Модель II | Есть | Вытяжная трубка (фрикционный воспламенитель) | Квадратный порох № 2 | — | Мелкозернистый 5 г | Полная | ^ | Испытания прекращены после 1-го раза |
| Модель III | Есть | Ударный (с запрессованным в гильзу капсюлем) | Квадратный порох № 2 | 30 г | Порох № 2 5 г | Полная | ^ | Представлены чертежи для обслуживания/сборки |
| Модель IV | Есть | Ударный (с использованием винтовочной гильзы) | Квадратный порох № 2 | 35 г | Порох № 2 5 г | Полная | ^ | Испытания прекращены после 1-го раза |
| Опытное Тип 5 | Нет | Ударный (с использованием винтовочной гильзы) | Мелкозернистый порох | 100 г | Нет | Раздельная | Картон 6 мм | Принято / Подготовлено |
Предполагается, что временное принятие на вооружение упрощенного безоткатного орудия состоялось в июне 20-го года эпохи Сёва (1945 год), когда ему и было присвоено наименование «Опытное Тип 5». По всей видимости, оно стало одним из последних (или близким к таковым) образцов оружия сухопутных войск.
Теперь, опираясь на руководство по эксплуатации, опишем устройство, принцип работы и основные правила использования этого оружия.
Повторимся, что данное орудие представляет собой носимое пехотное упрощенное безоткатное орудие. Оно предназначено для уничтожения вражеских танков на кинжальных (сверхблизких) дистанциях путем выстреливания из орудия малого калибра надкалиберного бронебойно-кумулятивного снаряда (термин «внешний/надкалиберный бронебойно-кумулятивный снаряд» гораздо точнее отражает суть, чем просто «противотанковая граната» или «кумулятивный боеприпас», не правда ли?). Калибр самого орудия составляет 45 мм, а внешний диаметр снаряда — 80 мм.
Переноска и обслуживание осуществляются одним человеком; боекомплект из 3 снарядов переносится в специальной патронной/гранатной сумке.
Выстрел производится за счет сгорания метательного заряда, помещенного в гильзу. Одновременно с этим пороховые газы отводятся назад через сопло, и за счет этого газы создаваемой им противооткатной силой гасят отдачу самого орудия, не передавая её на тело. По этой причине зона на расстоянии примерно 5 метров позади орудия является опасной.
Ствол представляет собой цилиндр с толщиной стенки 4 мм, внутренним диаметром 45 мм и общей длиной 600 мм. На его задней части нарезана наружная резьба для установки казенной части (сопла/камеры), а в нижней задней части приварен ударно-спусковой механизм (спусковое устройство).
Казенная часть (сопловый блок) представляет собой цилиндр длиной 100 мм и внешним диаметром 62 мм. Внутренний диаметр в передней части составляет 38 мм и расширяется кзади.
В центральной нижней части казенного блока приварена рукоятка. В передней части нарезана внутренняя резьба для соединения со стволом, а в задней — внутренняя резьба для присоединения раструба (диффузора).
Внутренний диаметр передней части казенного блока на 7 мм меньше внутреннего диаметра ствола (45 мм против 38 мм). Передний торец этого сужения служим упором для донного пыжа (эбонитового поддона), установленного в задней части порохового заряда, герметизируя тем самым заднюю часть патронника.
Раструб (диффузор) представляет собой цилиндр длиной 380 мм, толщиной стенки 3 мм и внешним диаметром 57 мм. Для соединения с казенным блоком в его передней части нарезана наружная резьба. Общая длина орудия в собранном виде (при соединенных стволе, казенной части и раструбе) составляла ровно 1000 мм.
Боеприпас (гильзовый выстрел с опытной кумулятивной гранатой «Тип 5») представляет собой кумулятивный снаряд общей массой около 2,3 кг. Разрывной заряд состоит из 50% тротила («чайного пороха» / тякакуяку) и 50% нитрата аммония; около 650 г этого взрывчатого вещества заливалось в корпус в расплавленном виде.
Метательный заряд, как показано в таблице, состоял из 100 г мелкозернистого пороха. Сгораемая гильза изготавливалась из свёрнутой в трубку крафтовой или упаковочной бумаги с картонным донцем, а её внутренняя и наружная поверхности покрывались шеллаковым лаком для защиты от влаги.
Для стрельбы из опытного упрощенного безоткатного орудия «Тип 5» предусматривались три стандартные позиции, как и для обычной винтовки: стоя, с колена и лежа.
При стрельбе стоя и с колена, как показано на фотографии, стрелок левой рукой поддерживает ствол с левой стороны, а правой крепко обхватывает снаружи рукоятка орудия, прижимая его к бедру, и накладывает указательный палец на спусковой крючок.
При этом угол возвышения ствола для цели на дистанции 30 м составлял около 6 градусов (при высоте линии огня около 500 мм). Стрельба из положения лежа выполняется аналогично, однако нижняя часть тела стрелка должна располагаться под углом не менее 10 градусов к оси ствола, иначе выходящие при выстреле газы представляют серьезную опасность.
По этой причине рекомендуется использовать рельеф местности или вести огонь из одиночных окопов (ячеек).
Заряжание снаряда производится с дульной части ствола. При этом верхний установочный штифт (выступ) необходимо точно совместить с вырезом на дульном срезе.
Это обусловлено тем, что воспламенение заряда в данном орудии осуществляется с помощью переделанной гильзы от 7,7-мм пулеметного патрона длиной 30 мм. Она вставляется в капсюльную/воспламенительную камеру, расположенную чуть впереди спускового крючка, и накливается куром снизу, поэтому капсюль должен находиться строго напротив огнепроводного отверстия.
Дальность стрельбы из орудия при угле возвышения 45 градусов составляла около 150 м, а при 10 градусах — около 50 м. Однако гарантированное поражение вражеского танка ожидалось на дистанциях в пределах 30 м. Что касается бронепробиваемости, то под углами встречи от 90 до 45 градусов на дистанции 100 м она была достаточной для надежного поражения американских средних танков M4.
Учитывая статус этого оружия как «оружия решающего боя» конца войны, оно проектировалось с расчетом на возможность массового производства даже в небольших кустарных мастерских. Из-за крайнего дефицита материалов в руководстве содержались инструкции и на случай отказа орудия или боеприпасов, делающего стрельбу невозможной.
Иными словами, при наличии одного лишь снаряда допускался его метательный или таранящий (ударный) способ применения по вражескому танку — своего рода концепция «живого снаряда» (никудан / камикадзе).
В случае метания требовалось извлечь предохранительную чеку снаряда, обхватить его возле места соединения с хвостовой частью, завести назад для замаха и бросить в цель. После броска следовало немедленно лечь на землю.

Однако в этом случае, если снаряд не падал головной частью вниз, взрыватель не срабатывал, поэтому требовалось метать его так, чтобы он гарантированно падал головной частью (впрочем, никаких конкретных указаний на этот счет в руководстве по эксплуатации не содержалось вовсе. По-видимому, предполагалось, что надежное срабатывание взрывателя будет достигаться путем удара/колющего применения, описываемого далее).
В случае применения методом удара (колющего удара) следовало выдернуть предохранительную чеку, обхватить хвостовую часть снаряда и с силой вдрубить его головной частью в цель по принципу штыкового удара. Разумеется, при этом сам боец неизбежно получал смертельные ранения.
Немецкий «Панцерфауст» и сам считался довольно опасным оружием, однако конечное воплощение нашего упрощенного безоткатного орудия — когда боец без самого пускового ствола, сжимая в руках лишь снаряд, бросался на вражеский танк — превращало его в самоубийственное, гарантированно смертельное оружие специального назначения (токо). В обстановке 20-го года эпохи Сёва (1945 г.), когда все «100 миллионов населения» готовились встать в строй, подобный сценарий вполне допускался (независимо от того, каков был первоначальный замысел конструкторов).
К счастью, решающего сражения за метрополию (Хондо кэссэн) удалось избежать, и разработка «Опытного 45-мм упрощенного безоткатного орудия Тип 5» была прекращена, так и не дойдя до стадии серийного производства.
Вот перевод итоговой таблицы характеристик с фото:
Основные характеристики
1. Орудие
- Калибр: 45 мм
- Общая длина: 1000 мм
- Масса в боевом положении: 6,4 кг (Модель III)
- Способ воспламенения: Ударный (ударно-спусковой механизм)
2. Снаряд (граната)
- Калибр (диаметр головной части): 80 мм
- Общая длина: 700 мм
- Полный вес снаряда: 2,3 кг
- Масса разрывного заряда: 675 г
3. Гильза (сгораемая/бумажная)
- Общая длина: 180 мм
- Масса гильзы: 120 г
- Тип метательного заряда: Дымный мелкозернистый порох
- Масса метательного заряда: 100 г
4. Воспламенительная трубка / Капсюльная гильза (переделанная 7,7-мм гильза)
- Общая длина: 30 мм (на фото опечатка «300mm», в тексте выше указывалось 30 мм)
- Воспламенительный состав: Дымный мелкозернистый порох
- Масса состава: 1 г
5. Баллистические данные
- Начальная скорость: Около 40 м/с
- Дальность стрельбы:
- Около 150 м (при угле возвышения 45°)
- Около 50 м (при угле возвышения 10°)
- Эффективная дальность стрельбы: До 30 м
Экспериментальное 7-см реактивное орудие «Тип 4»
При слове «базука» каждый сразу вспоминает американский M1, однако в нашей стране в конце войны также велись исследования противотанковых ракетных пусковых установок.
В 1-м научно-техническом институте сухопутных войск в Кокубундзи разрабатывалось и проходило испытания до самого момента окончания войны опытное 7-см реактивное орудие «Тип 4».
Глядя на опубликованную фотографию, все понятно без слов, но давайте приведем краткие пояснения.
Прежде всего, при стрельбе устанавливаются сошки (использованы сошки от легкого пулемета «Тип 99», приваренные к передней части ствола), а само орудие укладывается на плечо наводчика.
Наводчик обхватывает упорное кольцо и рукоятку, надежно фиксируя орудие. Прицеливание осуществляется от щечной накладки через целик и мушку. Мушка имеет две визирные метки (для стрельбы по высоте): верхняя предназначена для дальности 50 м, нижняя — для 100 м.
После наведения на цель стрелок правой рукой, удерживающей рукоятку, натягивает кольцо спуска. Механизм работает таким образом, что при натягивании кольца через стальной трос задействуется ударно-спусковой механизм, производящий выстрел.
При стрельбе для защиты от вспышки выстрела предусмотрено использование защитного наглазника/пламезащитного щитка и защитных очков.
При транспортировке орудие разбирается на переднюю и заднюю части ствола, сошки складываются вперед и привязываются к чехлу/подушке под плечо; плечевой ремень перебрасывается через плечо, что позволяет переносить его одному человеку.
Передняя и задняя секции ствола имеют длину по 750 мм, толщину стенки 2 мм и внутренний калибр 74 мм. Таким образом, в собранном виде общая длина составляет 1500 мм, а масса в боевом положении — около 8 кг.
Снаряд — опытная бронебойно-кумулятивная граната «Тип 4». При выстреле 7 трубчатых пороховых шашек генерируют газ, который вырывается из 6 сопел в дне снаряда под углом около 30 градусов, заставляя корпус снаряда вращаться в полете. В головной части установлен опытный головной детонационный взрыватель «Тип 4», при попадании происходит подрыв разрывного заряда массой около 600 г.

Выше приведены общие сведения о реактивном орудии «Тип 4». Однако в отчетах американских специалистов, захвативших и изучивших это оружие, отмечается, что у нескольких исследованных экземпляров наблюдались мелкие различия в деталях и грубая отделка. Это указывает на то, что проект, производственный процесс и стандартизация изделия еще не были окончательно сформированы.
Кроме того, тот факт, что система воспламенения была не электрической, а устаревшей ударной, вызвал у них сомнения относительно того, насколько ударный механизм способен выдерживать реактивный выхлоп ракетного двигателя.

В заключение отметим, что одновременно с 7-см реактивным орудием в 1-м научно-техническом институте сухопутных войск велись исследования 9,4-см реактивного орудия. По конструкции и принципу работы оно было практически аналогично 7-см варианту, но оснащалось регулируемой по высоте моноподом (одноногой опорой) на задней части ствола.

Из книги RAYS OF THE RISING SUN; ARMED FORCES OF JAPAN’S ASIAN ALLIES 1931-45, VOLUME 1:
Вооружение Внутренней Монголии, 1936 год
Армия была вооружена привычным широким разнообразием винтовок, большинство из которых были куплены князем Дэ Ваном (Дэмчигдонровом) или получены от японцев. Внутренней Монголии было передано 10 000 винтовок Маузера «Тип 13», произведённых на Мукденском арсенале.
В Внутреннюю Монголию проникали и другие, более экзотические виды огнестрельного оружия, включая швейцарский пистолет-пулемёт SIG Модель 1930 года, применявшийся в небольших количествах подразделениями личной охраны. Как эта современная модель пистолета-пулемёта, не состоявшая на вооружении ни у одной другой армии в Китае, попала во Внутреннюю Монголию — неизвестно.
Общее количество пулемётов на вооружении Внутренней Монголии составляло 200 единиц, включая чехословацкие ручные пулемёты ZB-26. Ранее они состояли на вооружении войск «Молодого маршала» Чжан Сюэляна, были захвачены японцами в 1931–1932 годах и переданы Внутренней Монголии.
Артиллерийский парк Внутренней Монголии насчитывал в общей сложности 70 орудий, состоявших из миномётов, а также нескольких горных и полёвых пушек. Они также были получены из трофейных запасов националистов (Гоминьдана) и относились к самым разным типам, из-за чего пополнение боеприпасов являлось серьезной проблемой. По имеющимся данным, на вооружении Внутренней Монголии состояла и горстка танков и бронеавтомобилей. Скорее всего, это была техника, захваченная японцами в ходе оккупации Маньчжурии, а ее экипажи состояли из японцев.
Вооружение Нанкинской армии
Снаряжение и вооружение, использовавшиеся Нанкинской армией с 1940 по 1945 год, поступали из самых разных источников. Поскольку на территории, подконтрольной Нанкину, находилось всего несколько оружейных заводов, режиму приходилось полагаться на захваченное у националистов оружие или на то, что им передавали или продавали японцы.
Количество и качество вооружения в различных нанкинских подразделениях сильно различались: некоторые части получали лучшие из имеющихся винтовок, в то время как другим везло, если удавалось получить хоть какое-то огнестрельное оружие. Солдаты, переходившие на сторону нанкинцев из войск националистов, часто делали это целыми подразделениями во главе со своими командирами и, естественно, приносили с собой винтовки и другое оружие. Националистическая армия Китая сама по себе была вооружена настолько разношерстно, что то же самое, очевидно, было характерно и для перебежчиков из неё. Двумя основными типами винтовок были китайская копия винтовки Mauser 98k, широко известная как «Чан Кайши», и «Ханьян 88» — копия более ранней модели Маузера 1888 года. Кроме того, правительство националистов закупило множество других типов винтовок для оснащения своей армии, и они также попадали на службу в Нанкинскую армию.
Некоторые винтовки производились на арсеналах, находившихся под контролем Нанкинского правительства, хотя обычно и в небольших количествах. В Техническом отчете Главного артиллерийско-технического управления № 27 отмечается, что в конце войны на этих арсеналах велось мелкосерийное производство винтовок. Гуандунский арсенал совершенно точно выпускал китайские варианты Mauser 98k в период японской оккупации.
Небольшой арсенал на севере Китая также осуществлял мелкосерийное производство японского автоматического пистолета Намбу Тип 19. Хотя они, возможно, и производились для нужд японцев, некоторые из них, вероятно, выдавались китайским «марионеточным» офицерам.
В 1941 году японцы продали Нанкинскому правительству около 15 000 винтовок Манлихера из своих запасов «военных трофеев», и ими были снабжены подразделения Нанкинской армии, наиболее лояльные Ван Цзинвэю. Кроме того, японцы поставили до 30 000 новых японских винтовок Арисака, которые предназначались для лучших нанкинских частей. В отчетах утверждается, что всё это оружие получили дивизии столичного гарнизона и полиция соляного акциза (соляная стража).
Хорошо организованный арсенал в Тайюане, находившийся под контролем «полумарионеточного» Янь Сишаня, производил копии американского пистолета-пулемёта Томпсона, и часть из них была продана «марионеточным» солдатам в этом регионе. Использовавшиеся пулемёты снова были самых разных типов, причём широкое распространение получил чехословацкий ручной пулемёт ZB-26. Когда «марионеточным» солдатам выдавали японские пулемёты, это, что неудивительно, были самые старые модели: наиболее распространёнными являлись ручной пулемёт Намбу «Тип 11» (1922 г.) и станковый пулемёт «Тип 3» (1914 г.). Также сообщалось об использовании французских ручных пулемётов «марионеточными» солдатами на юге Китая, неподалёку от границы с Французским Индокитаем. Вероятно, они были переданы японцами из запасов, изъятых у гарнизона вишистской Франции, фактически находившегося под их контролем.
«Упоминание о японских минах в китайскоязычных источниках. В них встречается незнакомое наименование — «ручная кумулятивная граната Тип 20 (Северный Китай)». Как выяснилось при изучении вопроса, обозначение «Тип [XX] Северный Китай» присваивалось вооружению, производившемуся в оккупированном японскими войсками Пекине. Сообщается, что существовали и другие образцы, например, пистолет и винтовка «Тип 19 (Северный Китай)».»

И теперь мы знаем ещё о производстве кумулятивной гранаты Тип 3 в прояпонской Китайской Республики.
Если говорить о снаряжении японских союзников, интересно ознакомиться и с вооружением Отряда Асано и позднее сформированных на его основе Русских воинских отрядах (РВО) Маньчжурской императорской армии.
Из книги “Отряд Асано: русские воинские формирования в Маньчжоу-го (1938-1945)”, авт. Смирнов С. В., Буяков А. М.
Вооружение Отряда Асано
Вооружение и снаряжение асановцев соответствовало назначению подразделений, в которых они проходили службу. Рядовой состав отряда был вооружен японскими пятизарядными магазинными винтовками Арисака Тип 38. Штык-нож винтовки носился на поясном ремне слева. Стрелки и саперы также имели на вооружении ручные пулеметы Арисака Тип 96 и 50-мм ручные гранатометы Тип 89. Ручные гранатометы было бы точнее именовать взводными минометами, имевшими очень простую конструкцию. Такой миномет состоял из трубы, штыря и опорной плиты. Верхняя часть штыря крепилась к казеннику ствола, а нижняя – к прямоугольной опорной плите. При стрельбе солдат наклонял ствол миномета под углом в 45° к горизонту и упирал его плитой в грунт. Вес и габариты 50-мм миномета позволяли носить его на бедре, как самурайский меч.

Винтовка и карабин Арисака Тип 38

Ручные пулемёты Тип 11 и Тип 96

Ручной гранатомет Тип 89
Унтер-офицерский и офицерский состав был вооружен «маузерами» Намбу тип 14, чины от фельдфебеля и выше имели сабли. Впрочем, офицеры-японцы, особенно происходившие из старых самурайских родов, предпочитали носить вместо сабли самурайский меч, нередко передававшийся в семье из поколения в поколение. Это не соответствовало уставу, но было широко распространено в японской армии. В дальнейшем это проявилось и в среде русских офицеров отряда, часть которых носили не саблю, а казачью шашку. Так, на одной из фотографий 1942 года можно увидеть, что Тырсин, оренбургский казак, вооружен не стандартной кавалерийской саблей, а казачьей шашкой.

«Маузер» Намбу Тип 14
Артиллерийская часть отряда располагала двумя горными 3-дюймовыми (75-мм) пушками Тип 41 (образца 1908 года) и 70-мм горной гаубицей образца 1932 года (бомбомётом) на конной тяге.

Горная 3-дюймовая (75 мм) пушка Тип 41
Возможно, большое количество казаков среди военнослужащих отряда Асано, а также стремление сделать отряд более мобильным в условиях пересеченной горно-лесной местности большинства районов Северной Маньчжурии, заставили японское руководство начать перевод отряда во второй половине 1939 года на конный строй. Окончательно реорганизация отряда завершилась к февралю следующего 1940 года.
В связи с переходом на конный строй на вооружение отряда поступили активно использовавшиеся в китайской армии чешские карабины (модель Vz 24) и японские кавалерийские сабли Тип 32 образца 1899 года. На вооружении пулеметных взводов состояли по шесть ручных пулеметов Арисака Тип 96, станково-пулеметное подразделение располагало двумя станковыми пулеметами Тайсё Тип 14. До 1941 года еще проводились занятия с артиллерийскими орудиями, но затем орудия были поставлены на консервацию, и занятия с ними прекратились.

Станковый пулемет Тайсё Тип 14

Чешская винтовка Vz 24

Кавалерийская сабля Тип 32
Помимо этого, в данной книге вскользь упоминается использование асановцами пистолетов-пулемётов, однако конкретная модель не называется. Но можно предположить, что речь идёт об упомянутых Википедией S1-100.
у меня ни одна из картинок без ВПН не загружается
ага, сегодня ркн снова что то накрутил.
Фотография из «12-й год эпохи Сёва (1937 г). Фотоальбом Китайского инцидента. Выпуск: Сражение к востоку от озера»:
Обратите внимание на FN Modèle 30.
Белобандиту посвящается, отрывки из RAYS OF THE RISING SUN; ARMED FORCES OF JAPAN’S ASIAN ALLIES 1931-45, VOLUME 1:
Белогвардейские формирования в армии Маньчжоу-го
Первые попытки задействовать людской потенциал крупной белоэмигрантской общины в Маньчжурии начались в 1932 году, вскоре после её захвата японцами. Большое число белогвардейцев бежало в Маньчжурию во время Русской революции и последующей Гражданской войны. Они представляли собой готовый источник высокомотивированных антисоветских добровольцев, готовых сражаться со своим прежним врагом.
Впервые белоэмигранты начали привлекаться с июля 1932 года для охраны железных дорог Маньчжоу-го, когда были сформированы два подразделения по 250 человек в каждом. Их зачислили на службу, вооружили и экипировали в Харбине. Сообщается, что позже к ним присоединились третий пехотный отряд и небольшое кавалерийское подразделение. Успех этих небольших белоэмигрантских отрядов навел японцев на мысль, что их стоит вербовать в более крупном масштабе.
Просьба белогвардейских жителей Харбина к верховному правителю Маньчжоу-го Пу И разрешить сформировать 10-тысячную «Силу обороны для самозащиты», судя по всему, не была удовлетворена. Очевидно, японцы хотели, чтобы любые создаваемые белоэмигрантские формирования находились под их строгим контролем, а подобный проект был слишком похож на независимую армию.
Тем не менее, японский офицер, руководивший «Токуму Кикан» (органом специальной службы в Маньчжоу-го), обратился к генералу Козьмину, председателю Русской фашистской партии в регионе, с предложением сформировать белоэмигрантские отряды. Он пообещал Козьмину, что хотя создаваемые подразделения и будут небольшими, они станут ядром «Белой» армии, которая в конечном итоге будет сражаться плечом к плечу с японцами в планируемом нападении на Советский Союз. Первые сформированные Козьминым белогвардейские отряды насчитывали в общей сложности всего 200 человек, хотя японцы также формировали другие небольшие подразделения на местах. Похоже, эти отряды состояли в основном из казаков-эмигрантов и использовались в качестве разведывательной кавалерии.
К середине 1930-х годов в Маньчжоу-го насчитывалось около 4 000 «русских белогвардейцев», которые были задействованы на охране железных дорог, важных автодорог и золотых приисков. Многие из них вербовались так называемым «Бюро по делам беженцев» — подконтрольной японцам организацией, которую формально возглавляли русские. Бюро вербовало белоэмигрантов для выполнения этих военных задач и обещало им 60 долларов в месяц, а также бесплатную форму, жилье и «европейское» питание.
На практике же большинство белогвардейских охранников обнаружили, что их распределили на изолированные посты вдали от цивилизации. Им давали китайскую еду, их казармы описывались как «непригодные для скота», с ними обращались практически как с рабами, и они так и не увидели обещанных денег. Такое обращение вполне предсказуемо приводило к бунтам в белогвардейских отрядах, включая инцидент в августе 1933 года на станции Тунпэй. Подразделение из 21 человека взбунтовалось, убив 2 японских офицеров и 5 солдат, захватило 5 пулеметов, подожгло станцию и сбежало.
Хотя белогвардейцы могли быть ненадежными, японцы все же считали их полезными для службы. В 1936 году японцы решили объединить всех белоэмигрантов, готовых воевать на их стороне, в армию Маньчжоу-го, и с этой целью была создана бригада «Асано».
Бригада «Асано»
В 1936 году офицер штаба Квантунской армии Японии полковник Кавабэ Тосахиро предложил сформировать единое подразделение, которое вобрало бы в себя всех белоэмигрантских добровольцев. Несмотря на различные усилия, на формирование отряда ушло время, и он был создан только в 1938 году. Подразделение получили название «Бригада Асано» — в честь её японского военного советника, полковника Асано Такаси. Подразделение дислоцировалось в Эрчани, деревне на реке Сунгари, известной как «Вторая станция», в 60 милях от Харбина. Сначала оно насчитывало всего 200 человек, но вскоре было расширено до 5 рот общей численностью 700 человек.
Бригада «Асано» официально входила в состав армии Маньчжоу-го и была отправлена для участия в Номонханском инциденте (боях на Халхин-Голе) в составе японской 23-й пехотной дивизии. 23-й дивизией командовал бывший начальник «Токуму Кикан» в Харбине, который понимал, что бригада «Асано» будет полезна в качестве разведчиков и диверсантов.
В ходе этой кампании японские войска уступали противнику как в огневой мощи, так и в маневренности, и понесли тяжелые потери, а бригада «Асано» была разгромлена практически полностью. После её уничтожения в 1939 году бригаду воссоздали, но на этот раз исключительно для проведения диверсий и других тайных операций на советской территории.
В период 1940–1941 годов 2000 белоэмигрантов прошли подготовку по ведению скрытых боевых действий, чтобы засылаться в советский тыл в трофейной форме для проведения диверсионных операций. Высокие потери, понесенные бригадой в ходе этих операций, и общее отношение японцев к ним привели к глубокому разочарованию среди бойцов. На самом деле к началу 1940-х годов русское эмигрантское население Маньчжоу-го в целом утратило веру в японцев и осознало, что они никогда не станут частью антисоветского «крестового похода».
Сообщается, что к концу войны в 1945 году численность бригады, включая казачьи подразделения, составляла 4000 человек. В августе 1945 года бригада «Асано» оказалась захвачена молниеносным вторжением Советской армии в «марионеточное» государство Маньчжоу-го. О судьбе белогвардейцев в этот период известно немногое, однако любых попавших в плен бойцов бригады ждала суровая и скорая расправа со стороны советских властей.
Белоэмигранты в Китае
Со времен русской революции 1917 года на севере Китая и в Маньчжурии проживало значительное число русских беженцев-эмигрантов. В начале 1920-х годов, под конец Гражданской войны в России, тысячи бывших офицеров Российской императорской армии и их семьи бежали через границу на китайскую территорию. Эти роялисты, или белогвардейцы, находили работу в самых разных сферах, включая, разумеется, военное дело. В 1920-х годах многие из них воевали в армиях китайских милитаристов (милитаристских клик), сформировав элитные подразделения в войсках некоторых из них.
К 1930-м годам большинство белоэмигрантов утратили свою роль, так как северные милитаристы потерпели поражение в ходе Северного похода националистов. Эмигрантские общины в Китае и Маньчжурии представляли собой готовый источник хорошо мотивированных антикоммунистов, часто готовых сотрудничать с японскими оккупационными властями. Бывшие офицеры Российской императорской армии и их сыновья охотно вызывались добровольцами для решения военных задач, пока им обещали борьбу с «красными» — будь то советские или китайские коммунисты.
Одни из первых белоэмигрантов, поступивших на военную службу, сделали это в интересах Временного «марионеточного» правительства в Пекине. Белогвардейские подразделения размещались вдоль важных военных дорог и железных дорог в районе Пекина и находились под контролем Временного правительства. Задействованные формирования описывались как «полки», однако очевидцы утверждали, что в общей сложности их было не более нескольких сот человек.
Атаман Семёнов
Одной из самых колоритных фигур, замешанных в теневой политике Маньчжоу-го и других оккупированных территорий Китая в 1930-е и 1940-е годы, был атаман Семёнов. На завершающих этапах Гражданской войны в России он являлся лидером белогвардейцев в отдалённом Забайкальском регионе на границе Сибири и Монголии.
В начале 1920-х годов атаман возглавлял смешанные отряды спонсируемых Японией забайкальских казаков и монголов, ведя крайне жестокую партизанскую войну против советов в этом регионе. После поражения армии атамана от превосходящих сил Красной армии в сентябре 1921 года он чудом спасся, улетев на самолёте на подконтрольную японцам Квантунскую территорию. Затем он обосновался в маньчжурском городе Дайрен (Дальний) и проживал там, когда в 1932 году японцы создали государство Маньчжоу-го. Практически сразу он предложил японцам свои услуги в качестве лидера русских белоэмигрантов в Маньчжоу-го. Хотя японцы и рассматривали его как потенциальный «инструмент» в будущей войне с Советским Союзом, его считали слишком горячей головой, чтобы доверить ему общее руководство всеми белоэмигрантами. Его основная поддержка исходила из числа выживших бойцов его собственной Забайкальской армии, а для большинства остальных русских эмигрантов он был слишком «нестабильным».
Одним из самых фантастических проектов, предложенных атаманом Семёновым, был план, представленный его японским покровителям в 1939 году. 19 сентября атаман Семёнов изложил свои замыслы высшим офицерам Квантунской армии в Синьцзине, столице Маньчжоу-го. Его план предусматривал не что иное, как завоевание Японией всей северной половины Восточной Азии. Первая часть плана предполагала вытеснение советов из Внешней Монголии, являвшейся коммунистическим государством под контролем России, и её объединение с Внутренней Монголией для создания единого Монгольского государства. Затем в состав этого государства предлагалось включить Китайский Туркестан, или Синьцзян — северо-западную провинцию Китая, где проживало 1 000 000 монголов. Проектируемое государство имело бы площадь 2 492 495 квадратных миль и население 10 555 000 человек. Этот монгольский «суперштат» затем планировалось очистить от любого советского и китайско-националистического влияния, создав буфер против русских на севере. Разумеется, для реализации этой схемы японцам пришлось бы вступить в войну с Советским Союзом, одновременно продолжая войну с Китаем. В случае успеха новая Монгольская империя была бы интегрирована с подконтрольными Японии Кореей и Маньчжоу-го, что позволило бы создать Азиатскую империю с населением 700 миллионов человек и территорией, на 30% превышающей площадь США.
Момент для предложения атаман выбрал как нельзя более неудачно: именно в это время японская армия терпела тяжёлое поражение от советских войск в ходе боёв на Халхин-Голе (события у Номонгана). Если бы кампания японцев увенчалась успехом, они, возможно, и попытались бы реализовать этот план, но в сложившихся обстоятельствах о нём тихо забыли. Впрочем, японцы не отказались от услуг Семёнова окончательно: по некоторым данным, его привлекали к делу в 1940 году. В марте того же года Квантунская армия поручила ему сформировать белогвардейские отряды для службы в Нанкинской армии режима Ван Цзинвэя. Согласно этим сведениям, он сформировал 3 полка по 1000 человек в каждом, которые были отправлены в Нанкин для создания хорошо дисциплинированных сил, призванных укрепить плохо обученную «марионеточную» армию.

Хотя вот японская Википедия говорит:
«В апреле 1945 года генерал- лейтенант Хата Хикодзабуро, начальник Генерального штаба Квантунской армии , в свете внутренней и международной ситуации, приказал расформировать белогвардейские части в рамках чрезвычайных мер против Советского Союза. Таким образом, к началу июня были расформированы Главное подразделение на реке Сунхуа (примерно 250 солдат на тот момент), подразделение Хайлар (примерно 150 солдат), подразделение Хэндаохэцзи (примерно 50 солдат) и Учебный центр лесной полиции. После этого добровольцы были организованы в трудовые группы и, при содействии разведывательного управления, были направлены на сельскохозяйственные и мирные строительные работы.»
Такого не было, на фото станковый Тип 3. И думаю что ручные пулемёты были роскошью для подобных формирований, а если и были, то скорее всего старые Тип 11 или трофейные ZB-26 и т. п.
Хотя вот бригада Асано вполне могла использовать ДП-27.
S1-100 были у флота и в очень малых количествах, поэтому в руки белогвардейских формирований они попасть не могли. Максимум трофейные китайские копии MP-18 или Thompson.
Крайне сомнительный источник.
Начнём с того, что Асано звали Макото.
Продолжим тем, что в битве при Халхин-Голе она прямого участия не принимала (русские использовались как переводчики) и, следовательно, быть разгромлена не могла. Вероятно, аффтор перепутал асановцев с бурят-монгольским отрядом бывшего социалиста-революционера и белого офицера Уржина Гармаева. Его подразделение действительно участвовало в сражении и потеряло около 100 человек. А из асановцев погиб только один воин.
А это вообще фэнтези, ведь к 45 году никакого “Отряда Асано” уже давно не существовало, а образованные из него Русские воинские отряды (РВО) в большинстве были распущены самими японцами, стремившимися любыми способами избежать вступления СССР в войну.
По сути всё тоже самое говорится в книге Казачьи атаманы за авторством Смирнова А.А.:



Хотя я уточнил, что японская Википедии имеет другую трактовку событий.
Тебе ли не знать, что мифы имеют свойство кочевать из одного источника в другой)
В книге, на которую я ссылаюсь, их как раз упоминают и развенчивают.
Авторы собрали огромное количество материала и даже сумели установить послевоенную судьбу многих членов Отряда. На сегодняшний день это исследование 2016 года является самым актуальным и авторитетным.
Ну, хорошо.
Вот фрагмент про Халхин-Гол:
“Военные действия на Халхин-Голе велись с использованием всех родов войск. Помимо японской 23-й пехотной дивизии генерал-лейтенанта Комацубара и ряда приданных ей подразделений в конфликте приняли участие части армии Маньчжоу-го, в том числе и баргутская кавалерийская бригада (Северо-Хинганский охранный отряд) под командованием генерал-лейтенанта Уржина Гармаева, в прошлом офицера войск атамана Г. М. Семенова, видного общественного и политического деятеля баргутской (бурятской) эмиграции в Китае. В отличие от баргутов русские воинские подразделения в событиях на Халхин-Голе не участвовали, но отдельные русские эмигранты находились в действующих частях. В июле 1939 г. из команды связи отряда Асано на театр военных действий было откомандировано шесть радистов: младший унтер-офицер Г. В. Ефимов, рядовые Б. И. Цыганков, М. А. Нагаров, А. Поротников, Городецкий, Козловский. Русские радисты были приданы информационному отделу Штаба японской армии, где и находились до августа-октября 1939 г. В качестве пропагандиста на театр военных действий на некоторое время выезжал вахмистр Витвицкий. Помимо радистов из отряда Асано на Халхин-Голе находились несколько русских радистов и переводчиков из подразделений ЯВМ.
В ходе боев 22 июля при прорыве из окружения японские части, в составе которых находились русские радисты, были атакованы советской авиацией. В этом бою сраженный осколком советской авиабомбы погиб один из асановцев — М. А. Натаров. Тело погибшего было доставлено в Харбин и здесь захоронено с воинскими почестями в ограде Николаевского кафедрального собора, несмотря на протесты харбинского митрополита Мелетия.
Похороны Натарова превратились в крупный антисоветский митинг с большим стечением народа, участием учащихся школ, эмигрантской администрации. Представителем отряда Асано
на похоронах являлся майор Ассерьянц, прибывший в Харбин в сопровождении нескольких одетых в гражданскую форму отрядников. В своей речи во время погребения Натарова начальник БРЭМ генерал В. А. Кислицин сказал: «Героическая смерть вознесла его [Натарова] на недосягаемую высоту, сделала его нашим национальным героем… Начиная культ героев похоронами Натарова, продолжим его постройкой памятника всем нашим соотечественникам, павшим в борьбе с коммунизмом в последние годы.
Покажем, что культ героизма как раз является тем, что цементирует наше русское боевое единство и наше русско-ниппонское братство, освященное кровью павших». Позднее на могиле Натарова был сооружен памятник, а напротив собора в 1942 г. была открыта часовня — памятник борцам с Коминтерном.
Еще один радист-асановец, находившийся в командировке на Халхин-Голе, Городецкий, после увольнения в резерв в 1940 г. по неизвестной причине покончил жизнь самоубийством в Харбине. По некоторым сведениям, майор Косов также получил ранение (или контузию) на Халхин-Голе и в дальнейшем хромал на левую ногу. По другим свидетельствам, он был ранен еще в 1938 г. на озере Хасан102. В любом случае в конце 1939 г. Косов был отозван из отряда Асано в распоряжение Штаба 4-го военного округа Маньчжоу-го и в отряд больше не возвращался.
Что касается переходящих из публикации в публикацию легенд об участии всего состава отряда Асано в боевых операциях на Халхин-Голе, нужно отметить, что никаких конных эскадронов асановцев (находившихся в это время в стадии формирования), тем более пятого (первоначально их было только два) под командованием поручика Тырсина (офицеров из эмигрантской молодежи в это время просто не существовало), в стремительном встречном бою вырубающих полностью монгольские подразделения, на Халхин-Голе не было”.








